01.11.16

НЕМЕЦКИЙ НАЦИОНАЛИЗМ

Диакон Владимир Василик

Во избежание кривотолков и обвинений в злопыхательстве сразу скажу: в глубине своей славянской души я люблю немецкую культуру и Германию. Но Германию, разделенную (по числу дней в году) на 365 княжеств, курфюршеств, герцогств, графств и так далее, в каждом из которых каждый занимается своим делом. Скажем, Гете пишет стихи, какой-нибудь Шлоссер составляет всемирную историю, Шуберт сочиняет музыку. Как только немцы собираются в одно государство, им немедленно в голову бьет баварское пиво и их охватывает буйный дух, желание провернуть Drang nach Osten и (или) Drang nach West. Тогда создается работающая как часы военная промышленность, вооруженная до зубов армия, огромный флот, и Германия начинает воевать сначала с соседями, а затем и со всем миром. С печальными последствиями для него, а главное – для себя.
Объединитель Германии Отто фон Бисмарк в начале 60-х годов ΧΙΧ века высказался чеканно и четко: «Границы Пруссии в соответствии с Венскими соглашениями не благоприятствуют нормальной жизни государства; не речами и высочайшими постановлениями решаются важные вопросы современности – это была крупная ошибка 1848 и 1849 годов, – а железом и кровью». И эти слова претворились в дела – в кровавую Франко-Прусскую войну, стоившую Франции и Германии более 400 тысяч убитых и раненых. На эту войну откликнулся своим пророческим стихотворением Федор Иванович Тютчев:

Из переполненной Господним гневом чаши
Кровь льется через край, и Запад тонет в ней –
Кровь хлынет и на вас, друзья и братья наши –
‎Славянский мир, сомкнись тесней...

«Единство, – возвестил оракул наших дней, –
Быть может спаяно железом лишь и кровью...»
Но мы попробуем спаять его любовью –
‎А там увидим, что прочней...

По своему сознанию Бисмарк был настоящим социо-дарвинистом и не признавал в политике иных законов, кроме борьбы за существование. Вот что он пишет своей сестре Мальвине в 1861 году: «Бейте же поляков, чтобы они потеряли веру в жизнь; я полностью сочувствую их положению, но нам, если мы хотим существовать, не остается ничего другого, кроме как истреблять их; волк не виноват в том, что Бог создал его таким, каков он есть, но его за это и убивают, если смогут». Адольфу Шикльгруберу (Адольфу Гитлеру) тут уже нечего сказать, после таких слов надо строить Майданек и Освенцим.
Биология, и еще раз биология… «Нынче только естественные науки», – как говорили герои романа «Бесы». Но если верховенские в те годы разрабатывали планы, как поработить своей человеконенавистнической идеологией Россию, то Бисмарк и ему подобные думали, как поработить весь мир.
Именно на биологии, на голосе «крови и плоти» была основана мифология пангерманистов, которые еще в первой половине XIX века создали политическую «теорию» о «государственных» и «негосударственных» нациях, о нациях «творческих» и нациях, предназначенных служить навозом для «творческих» и «созидательных» наций. К первой категории были отнесены немцы, ко второй – славяне и романские народы.
А на каком же основании, спросите вы? На достаточно простом. Романские народы (французы, итальянцы и испанцы) одряхлели и уже неспособны к государственной жизни и государственному строительству, а славянские народы еще слишком юны, слишком варвары, вот поэтому немцам и подобает взять их под опеку. Так, в 50-х годах XIX века баварский генерал Гайльбраннер защищал необходимость и «законность» немецкого владычества над Италией на том основании, что «Италия совершенно не в состоянии оставаться независимой», поэтому немцы и должны господствовать в Италии. Австрия, писал Гайльбраннер, выполняет немецкую культурную миссию, давая себе труд управлять Ломбардией и Венецией «от имени и в интересах всей Германии». Через 10 лет в битве при Сольферино и в других сражениях, разгромив австрийцев и создав Итальянское королевство, итальянцы показали, насколько они одряхлели и неспособны к государственному строительству.
Как точно отметил Иван Солоневич: «Германия живет мифами – то есть ложью».
Лидером объединения стала не Австрия, а Германия. Действовала она кнутом и пряником, проповедуя братское объединении всей Германии «от Этча до Мемеля», одновременно готовясь присоединить к Германской империи Голландию, Фландрию, Швейцарию и якобы «немецкие» прибалтийские губернии России.
С 90-х годов ΧΙΧ века до начала Первой мировой войны ученые-пангерманисты разработали обширную программу германских территориальных захватов во всём мире. По этой широкой программе грабежа германский империализм должен был в ближайшей войне:
1. Завоевать и подчинить себе континентальную Европу, оттеснить Россию и переселить всех восточных, западных и южных славян за Урал; оттеснить Францию и переселить народы романо-французской ветви по ту сторону Вогезов и за реку Сомму, сделать «границы Европы границами Германии».
2. Установить германский протекторат над всей Передней Азией, Южным Китаем (южное течение Янцзы и бассейн Хуанхе), Индокитаем и Сиамом.
3. Создать Германскую африканскую империю из германских, французских, португальских и бельгийских колоний.
4. Образовать Германскую тихоокеанскую островную империю с центром в Голландской Индии.
5. Учредить Германский южноамериканский протекторат «из территорий, имеющих немецкую культуру» (Аргентина, Чили, Уругвай и Парагвай, Южная Боливия и Южная Бразилия).
Если Великобритания и США попробовали бы помешать Германии осуществить вышеуказанную программу мирового владычества, то и они должны были поплатиться своими владениями. Только полный и доброжелательный нейтралитет мог спасти эти страны от участи России, Франции и других завоёванных стран и народов.
Таким образом, «новый порядок», насаждавшийся гитлеровской Германией в странах, оккупированных ею в 1939–1945 годах, не фашистами выдуман. Он был придуман задолго до Гитлера. Равно как и расистская доктрина. Такие ученые, как Шиман, Пауль Рорбах и другие в начале ХХ века всерьез утверждали, что немцы являются первым народом в мире, которому человечество обязано всеми достижениями науки, техники, искусства, культуры и цивилизации. И если бы не было полноценного германского народа, являющегося единственным создателем, носителем и распространителем культуры и государственного начала, все прочие народы прозябали бы и доныне в потемках варварства.
Естественно, немецкие ученые мужи были убежденными норманистами. Это касалось не только Руси, но и других европейских стран. Они доказывали, что именно германская знать заложила в большинстве современных стран основы государственного строя и законопорядка, создала армии и управленческие структуры, руководила ими, но за все эти блага осчастливленные народы отплатили немцам чёрной и свинской неблагодарностью...
По утверждению пангерманистов, облагодетельствованные и заевшиеся народы взбунтовались, начались революции, и германская знать была лишена своих богатств и влияния на государственный аппарат, армию и политику этих государств (как это было, по их мнению, в Англии в 1643 году, во Франции в 1789 году, в России в 1905-ом). Отсюда и все беды мира, которые может исцелить только Германия.
Еще Ф.М. Достоевский отмечал, что преступление (особенно крупное) может быть оправдано, если разделить мир на людей обыкновенных (стадо) и необыкновенных, которым все дозволено, поскольку-де они гении, украшающие человечество, и к ним не применимы обычные критерии нравственности. Германские расоведы пошли еще дальше и поделили все народы на «полноценные» и «неполноценные».
Разумеется, именно «полноценные» строят культуру и создают культурные и духовные ценности, а «неполноценные» их в лучшем случае потребляют, а в худшем – истребляют. При этом, по мнению «просвещенных» расоведов, «неполноценные» народы имеют наглость размножаться быстрее полноценных, подобно тому как бактерии размножаются быстрее человека. А это несет страшную беду человечеству, культуре и цивилизации, поскольку полноценным народам, то есть немцам, единственным и неповторимым в этом плане, грозит опасность быть задавленными «неполноценными» народами. В результате чего может погибнуть вся тысячелетняя культура человечества. Следовательно, германский народ в интересах всей мировой цивилизации имеет право покорить «неполноценные» народы, в первую очередь славян, завоевать мировое господство и установить общемировой «новый порядок», который должен навсегда предотвратить равноправие «неполноценных» народов с немецким народом.
Но главной-то проблемы это не снимало: и вне равноправия «неполноценные» все равно продолжали бы размножаться в геометрической прогрессии, как микробы, и в один прекрасный день все равно потребовали бы своего места под солнцем. Значит, просвещенные расоведы кое-что не договаривали: господство «полноценных» подразумевало также и сокращение численности «неполноценных» народов и препятствование их размножению. Вот где начало гитлеровской политики на оккупированных территориях с массовыми расстрелами, газовыми камерами, искусственным голодом (в первую очередь для военнопленных), принудительными абортами, эвтаназией, стерилизацией и прочими прелестями «нового порядка».
Но я уже слышу возмущенный вопль: домыслы, отец диакон, как вы смеете клеветать на христианскую Германию и ее великих ученых! Пожалуйста, обратимся к записке Президиума Пангерманского союза о военных целях Германии от 28 августа 1914 года. Каковы же цели Германии в начавшейся войне?
1. Приобретение за счёт России обширных территорий для поселения немецких крестьян, а именно территорий Польши, Литвы, Белоруссии, прибалтийских губерний и Украины.
2. Аннексия Бельгии.
3. Аннексия французских железорудных бассейнов Лонгви и Бриэ и перенесение германской границы с Францией западнее Бельфора, Туля, Вердена и реки Соммы.
4. Уничтожение морского владычества Англии, «так как оно является наиболее варварским», приобретение новых колоний.
5. Все захваченные территории должны быть «очищены от людей» (Land frei von Menschen), так как Германии нужны территории без людей.
Гитлеру здесь нечего было бы добавить. Отметим только, что в этом документе, как и в случае с гитлеровской колонизационной политикой, ничего не сказано о том, куда и как переселять жителей очищаемых земель. Значит – на тот свет?
Итак, что же ждало Россию в случае полной и окончательной победы Германии? Об этом красноречиво писал прибалтийский немец Пауль Рорбах: «Россия должна быть расчленена, раздавлена и уничтожена, а русский народ должна постигнуть такая же участь. Это должно совершиться, и гробовщик России и русского народа – Германия – ждёт лишь подходящего случая для выполнения приговора истории».
Но вы, просвещенный читатель, воскликнете: «За что? Почему?» По многим причинам, ответит вам Рорбах. Во-первых, обширные территории и богатства России нужны Германии. Иными словами, «ты виноват уж в том, что хочется мне кушать». Во-вторых, Россия после аграрной реформы 1861 года мощно продвинулась вперед во всех областях общественной и интеллектуальной жизни. Соответственно, когда Столыпин говорил: «Дайте нам 20 лет спокойной жизни, и вы не узнаете Россию», то его внимательно слушали не только революционеры в Петербурге, но и немецкие генералы и ученые в Берлине. Не только слушали, но и делали свои выводы. Рорбах отмечал, что «неполноценный» русский народ уж слишком быстро размножается, а это, как мы уже поняли, слишком опасно. Как писал немецкий «ученый», если Россия не будет сломлена теперь (в 1914-ом), то она в скором времени настолько усилится, что сумеет покорить Центральную Европу. Поэтому надо действовать без промедления и нанести первыми сокрушительный удар. Чем не геббельсовская теория превентивной войны в ответ на русскую угрозу?
А после первого мощного удара будет уже легко справиться с Россией. «Русские – истерический народ, – писал далее этот “знаток” России. – Как только начинается крах, они теряют всякую способность сопротивления. Упорной борьбы до крайности в России ожидать не следует».
Естественно, Рорбах со товарищи радеет о всем мире, о всей западной культуре, ибо покой и безопасность Германии и Запада будут обеспечены лишь при резком уменьшении России и отделении от нее западных областей. Однако под всеевропейским культурным альтруизмом этого ученого мужа скрывались вполне конкретные аппетиты: «Надо себе только представить, – продолжал Рорбах, – что это означает: присоединение к нынешнему объёму Германской империи территории такого же объёма, как половина Северной Германии... Балтийские провинции и Литва в состоянии при проведении колонизации... пропитать по меньшей мере 15 миллионов человек! <...> Таковы широкие перспективы, которые откроются в случае немецкого приобретения этих областей». Учитывая то, что Прибалтика и Литва – не Кубань и хлебородностью особо не славились, опять возникает вопрос о том, куда девать местное население. Следует естественный ответ: эти ресурсы нужны не для мирной сладкой жизни, а для будущих войн. «Захват западных областей России, – пишет Рорбах, – даст Германии обеспеченные стратегические границы, земли для колонизации, великолепные области, поставляющие рекрутов для укрепления нашей вооружённой мощи». И еще один штрих: «Ко всему этому надо прибавить великолепные государственные леса с их колоссальными пространствами и всё побережье. И опять, как во времена Ганзы и Тевтонского ордена, вся русская торговля до Урала и по ту сторону Урала будет отдана немецкому мореходству. Это избавит навсегда Германию от русского флота в её тылу».
То есть вожделения простирались и до Урала, и даже за Урал. Как у Гитлера.
Знакомясь с этими (без преувеличения) людоедскими текстами, понимаешь справедливость слов Ивана Солоневича о внутренней связи кайзеровской и фашистской Германии: «Все представления Германии – о внешнем мире и в особенности о России – есть ложные или, что еще хуже, лживые представления. Представления о Западе – лучше, но ненамного. Представления о себе самой носят характер мании величия. Цели войны, ее стратегия и идеология, ее политика и даже фразеология – решительно те же, что были в 1914 году. Может быть, никогда еще в истории человечества не было такого потрясающего сходства двух войн – со всеми стратегическими и философскими предпосылками».
Солоневич отчетливо понимал связь теории и практики немецкого милитаризма и фашизма, особенно в том, что касалось пропаганды: «В своей книге о социализме я привожу те образцы германской пропаганды, которые в Первую мировую войну исходили от профессора Шимана – предшественника доктора Геббельса по должности главного чревовещателя германской идеологии. Вы увидите сами: решительно то же самое. Временами доктор Геббельс повторяет своего предшественника не только по смыслу пропаганды, но и по ее отдельным выражениям. И если Альфред Розенберг почти буквально повторял Максима Горького, то доктор Геббельс почти так же буквально повторяет профессора Шимана. И Адольф Гитлер почти так же буквально повторил все подвиги и все ошибки Вильгельма Гогенцоллерна».
Нравственный итог этим вожделениям и этой практике в своей книге «Сквозь окно тюрьмы» подводит святитель Николай Велимирович, знакомый не понаслышке и с кайзеровской, и с фашистской Германией: «Всем нам известна их философская теория насчет пространства и освоения его: чтобы продвинуться и захватить… сады, виноградники, огороды, поля, луга, леса, реки, горы и так далее. Но вы, сербы, вместе с Богом воскликните в ужасе: “Как же это вы сделаете, если там живут тысячи и тысячи людей, братьев ваших, которые признают Того же Единого Творца и Отца – своего и вашего? Как?!”
“Легко сделаем, – отвечают они. – Совсем легко. Людей мы огнем повыжигаем, а их леса, поля и виноградники себе заберем. Людей покосим, а их капусту себе оставим, чтобы росла для нас. Людей повылавливаем, поснимаем с них одежду, а их голыми потопим в воде. Людей уничтожим, как гусениц, а их добро и золото заберем себе. Людей потравим ядовитыми газами, а их зерно, вино и елей оставим себе. Людей изгоним в пустыню, пусть вымирают там от голода, а сами сядем за их столы, будем есть, пить и веселиться”».
Мне думается, что немецкий национализм – это и есть один из ответов на вопрос, почему началась Первая мировая война, в которой погибло более 22 миллионов человек.

http://www.pravoslavie.ru/74531.html

Комментариев нет:

Отправить комментарий