06.11.16

Константин Петрович Кауфман - Обращение к Туркестанцам

«В то время, — говорил Кауфман, — когда Ташкент и другие уездные города принадлежали еще ханам, жизнь и имущество каждого жителя находились в руках деспотических беков, назначавшихся из числа самых близких людей к хану, следовательно, таких, которые, по существовавшим в Средней Азии порядкам, могли безнаказанно попирать все божеские и человеческие законы. Таким образом при возвращении караванов из Ирбита, Нижнего, Петропавловска и Троицка, у купцов отбиралось все ценное и хорошее в пользу бека или хана. Ради корысти кокандские и бухарские власти нарушали иногда мусульманские законы и налагали противозаконные подати. Богатые люди подвергались, по капризу высших властей, опасности быть повешенными или зарезанными потому только, что они были богаты. Всякий человек, без исключения, мог быть подвергнут телесному наказанию. Караваны грабились киргизами и, чтобы охранить свои товары, ташкентцы были принуждены содержать войска в укреплениях, выстроенных на торговых пунктах, а вы знаете, что это дорого стоит. К довершению всего, кровавые перевороты в Коканде или Бухаре отзывались в сартовских городах неистовством кипчаков или другой партии, успевшей захватить власть над ханствами в свои руки. В таком положении были дела, когда русские, чтобы положить конец наездам кокандских зякетчиев на волости русских киргизов, чтобы обеспечить их от грабежей кокандских подданных и, наконец, чтобы обуздать претензии соседних правительств, принуждены были завоевать правый и левый берег Сыра до города Ходжента. Генералы Черняев и Романовский, исполняя волю нашего великого государя, заботились об устройстве новой области; но принужденные оборонять страну от нападений бухарцев и кокандцев, они имели мало времени для того, чтобы окончить это устройство. Кроме того, по своему служебному положению, они не имели достаточно прав, чтобы сделать все, чего они желали для блага народа без разрешения высшего начальства. Однако с тех пор, как наши войска заняли эту страну, русские основные законы защитили сартов. Жизнь и имущество жителей завоеванных мест были обезличены. Сартовские города и деревни, которые прежде трепетали пред всяким внешним врагом, защищаются теперь непобедимою русскою армиею, следовательно, не боятся никого. Грабежи караванов в наших пределах прекратились совершенно. Все лица, добросовестно содействовавшие русской власти, осыпаны наградами. Администрация области знала именно всех ташкентцев, бывших прежде ее врагами, точно также как теперь она может назвать каждого, который не в такой степени верен Государю, как того требует принесенная ему присяга, однако она не преследует ни тех, ни других. Она ждала и ждет, чтобы этих людей исправило время. Надеюсь, они поймут свой долг и свою пользу. До сих пор русская администрация не всегда действовала безошибочно, потому что у губернаторов не было еще лиц, достаточно подготовленных для управления здешним народом, и еще потому, что наша власть не могла быть хорошо знакома с жизнью сартов, ни с теми из последних, которых нужно было допустить к участию в управлении городом и областью. Чтобы узнать жизнь сартов и киргизов, в прошлом году была командирована особая комиссия, которая сделала в Петербурге свои доклад. На основании сведений, ею доставленных, написаны новые законы для этой области, которую велено называть Сыр-Дарьинскою. Между тем Его Императорскому Величеству благоудно было, по многим соображениям, основать туркестанское генерал-губернаторство из земель, простирающихся от Тарабагатайских гор и Аягуза, что у Чугучака, до Аральского моря. В состав генерал-губернаторства входит две области: Сыр-Дарьинская и Семирченская. Волею Государя Императора генерал-губернатором этих земель назначен я. Чтобы охранить спокойствие вверенных мне стран, государю было угодно дать мне право вести, в случае нужды, войну и заключать мир с соседними, с этой стороны России, владениями. Пользуясь таким доверием моего Государя, я употреблю все меры, чтобы дать вам безопасность и спокойствие. Прибытие сюда посланников эмира и кокандского хана с заявлением дружбы дает мне надежду, что мир не будет нарушен и укрепится. Для того же, чтобы упрочить внутреннее устройство края на благополучие живущих в нем русских сартов и киргизов, Государю угодно было повелеть мне обсудить здесь, на месте, как именно применить к делу те законы, которые были написаны в Петербурге для всех жителей туркестанского генерал-губернаторства. Эти законы составлены так, что могут дать вам счастье, если вы только его пожелаете. Таким образом, правительство полагает возможным предоставить ташкентцам, как и всем другим сартам, право выбирать правильным образом арык-аксакалов, аксакалов и казиев, с подчиненными им лицами. Число аксакалов и казиев в каждой местности будет определено мною. Выборы предположено производить на три года, с правом, по истечении их, избирать новых лиц или оставлять тех же на прежних местах. Ташкентцы и жители других городов, за исключением только некоторых преступлений, будут судиться выбранными казиями по шариату и обычаю таким образом, что в приговоры казиев не будут иметь права вмешиваться русские чиновники. Если бы однако обе тяжущиеся стороны захотели судиться у русского судьи, то это им разрешается; русским же судьям приказано разбирать дела по совести. Жалованье арык-аксакалам и аксакалам, с их помощниками, будет назначаться самим народом. Казии будут получать, по обычаю, от тяжущихся «казилык». Общества могут, впрочем, назначать им содержание; тогда казии не будут уже иметь права брать «казилык». Сбор податей предположено возложить на хозяйственные управления, которые учредятся для всех сартовских поселений из граждан, выбранных народом. При ханах жители здешних городов и деревень платили: херадж, танап, зякет, саваин и саулук-зякеты, кош, ханскую подать, кеспень чиновникам и сборы: весовой, базарный, соляный и подводный на поддержание дорог, на поддержание вала кругом города, арыков, улиц и т. д. Производить сборы на поддержание арыков в городах и на пашнях на починку и очистку улиц будет предоставлено хозяйственным управлениям в размере, который они признают нужным. При этом будет однако наблюдаться, чтобы лица, которым поручатся работы, исполняли свою обязанность честно и правильно. Будет также обращено внимание на то, чтобы сборы по исправлению арыков и прочего не превышали действительных расходов по работам. Повинность, взимавшаяся при ханах на исправление дорог, будет обращена в денежную плату, которая в размере, мною определенном, будет сбираться в каждом городе через хозяйственные управления, на устройство правильных почтовых сообщений и на улучшение дорог. Затем, вместо всех податей, которые прежде платились ханским правительствам, предложено установить в пользу казны всего три подати: херадж, танап и зякет, так что, со времени, когда хозяйственные управления откроют свои заседания, кроме трех податей, жалованья туземным властям и сбора на устройство почт и улучшение дорог, ташкентцы, как жители прочих городов, освобождаются от всех других податей и сборов. Зякет будет взиматься в размере 1/40 части с торгового капитала, на который купец будет торговать в течение года. Если зякет станет собираться два раза в год, то каждый раз будет платиться 1/80 часть капитала. Если бы купец захотел торговать на сумму выше той, за какую уплачен зякет, то обязуется внести дополнительный зякет. Сбор хераджа, танапа и зякета будет производиться общественными управлениями; поверять же, как верно собраны эти подати, будут русские чиновники.
Таким образом правительство предлагает передать в руки народа большую часть управления. Но если новые законы с такою заботливостью желают сделать народ счастливым, то мне нужно еще узнать, достаточно ли умны сарты, чтобы благоразумно воспользоваться милостями великого Государя. Предупреждаю вас, что даже такое сильное правительство, как русское, затруднится сделать народ счастливым, если последний не поймет своей пользы. Для того, чтобы узнать, можно ли управлять сартами помощью новых законов, я приказываю комиссиям приступить к устройству народного управления в городах области, в том числе и в Ташкенте. Прежде всего необходимо, чтобы жители помогли этим комиссиям, верили их добрым намерениям, старались исполнять все их распоряжения охотно и от души, потому что они будут работать на пользу народа. Нужно также, чтобы аксакалы и казии были выбраны народом из числа самых лучших людей. Особенно важен выбор в члены хозяйственных управлений, которые будут собирать подати. Выберут жители своих чиновников из хороших людей, — будет им жить хорошо; выберут дурных, — опять начнутся обиды, притеснения и незаконные сборы в течение целых трех лет. Наблюдение за ходом работ комиссий во всей Сыр-Дарьинской области принадлежит ее губернатору, генералу Головачеву. Но так как, кроме того, он должен управлять Сыр-Дарьинскою областью, командовать в ней войсками и исполнять другие поручения, которые я возложил на генерала Головачева, то, чтобы облегчить его, я поручил устройство собственно города Ташкента правителю моей канцелярии, генералу Гейнсу. Вас всех собравшихся сюда сартов я назначаю в состав комиссий, которые будут состоять под его председательством. Делая вас участниками работ, которые будут благодетельными для народа, и оказывая вам большое доверие, я надеюсь, что вы постараетесь оправдать это доверие. Генералу Гейнсу я предоставил право рекомендовать мне тех из вас, которые будут особенно полезны при работах комиссий, с тем, чтобы подобные лица были мною отличены и награждены. С другой стороны, он же будет иметь право просить о высылке из Ташкента каждого человека, который станет затруднять работы по устройству управления городом. Я собрал вас, лучших людей Ташкента, чтобы вы выслушали, поняли меня и рассказали жителям все, что я говорил, а также объяснили им, сколько полезно для них содействовать правительству, которое желает им сделать много добра. Передайте также вашим согражданам, что если благие намерения правительства будут встречены со стороны жителей Ташкента равнодушием, вследствие которого оно не будет в состоянии исполнить всех своих намерений, или если сарты, вместо того, чтобы помогать, станет паче чаяния, мешать выполнению целей правительства, или обманывать его, то это убедит меня, что вам слишком еще рано давать законы, подобные тем, которые хотят вам дать. Передайте, что тогда правительство будет принуждено, вследствие вашего неблагоразумия, вмешаться во внутренние порядки вашей жизни. Тогда само правительство назначит вам аксакалов, казиев и чиновников, которые будут брать с вас подати уже по ближайшему усмотрению администрации. Тогда правительство будет поставлено в необходимость действовать так, чтобы его приказания исполнялись ради страха, если вы не захотите их исполнять ради сознания собственной пользы. Помните мое слово. Оно твердо, потому что сказано вашим высшим начальником, представителем здесь, в стране, русского правительства, которое, как вам известно, достаточно сильно, чтобы выполнить, несмотря ни на что, свою волю. Предупреждаю еще раз: в ваших руках ваша судьба. Поймете вы свою пользу, захотите для себя добра, станете содействовать правительству, и вы будете счастливы; захотите другого, пойдете на перекор правительственным видам, — и тогда власть начнет действовать строго и сильно. Желая вам добра, советую выбрать любовь и слепую, безграничную преданность великому Государю вашему, который не устает заботиться о вас, и любовь эта укажет вам, как надо вести себя, чтобы быть достойными такой же любви со стороны нашего доброго «Белого Царя».

(См. газ. «Москва» за 1868 год, была также перепечатка в газете «Сын Отечества» за тот же год, № 80.)

http://militera.lib.ru/bio/semenov_aa_kaufman/app.html

Комментариев нет:

Отправить комментарий